Фамилия Альдо — редкий для России случай прямого заимствования, когда итальянская форма имени не переделывалась под местные суффиксы. Здесь нет привычных -ов, -ев или -ин, как в фамилиях Альдов или Альдин, — перед нами «чистая» модель, типичная для Северной Италии, особенно для Венето и Ломбардии. Это сразу указывает на позднее происхождение и нерусские корни носителя.

Основа фамилии — древнегерманское имя Aldo, которое через лангобардов попало в итальянскую ономастику. Оно восходит к германскому корню *ald- — «старый», «зрелый», «опытный». В средневековой Италии имя Aldo было распространено, давали его не по возрасту, а как пожелание мудрости или в честь предка. Фамилия, образованная от этого имени без изменений (так называемая «нулевая» модель), закрепилась за родом без добавления окончаний.

В русском контексте фамилия Альдо могла появиться несколькими путями. Первый — через эмиграцию итальянских специалистов (архитекторов, художников, музыкантов) в Российскую империю в XVIII–XIX веках. Второй — через браки и ассимиляцию потомков итальянцев в советское время. Третий, менее вероятный, — искусственное создание фамилии в XX веке (например, при смене документов или через псевдоним). Важно, что ни один из этих путей не связан с русским крестьянским или дворянским сословием — Альдо всегда была фамилией городской, «иностранной» по происхождению.

С точки зрения словообразования, фамилия стоит особняком. В ней нет привычного для русских фамилий суффикса принадлежности. В русском языке она склоняется как существительное мужского рода (Альдо, Альдо, к Альдо), но женский вариант не меняется. Такая форма — маркер недавнего вхождения в язык: фамилия не успела обрасти типичными русскими аффиксами.

Поиск однокоренных фамилий в России затруднён: Альдо стоит особняком. Сравнение можно провести разве что с фамилией Альдов, которая могла возникнуть, если бы итальянское имя адаптировали по русской модели, но она встречается ещё реже. В целом, носитель фамилии Альдо с высокой вероятностью имеет итальянские корни по прямой мужской линии, а сама фамилия — живое свидетельство миграций и культурного обмена, который не стёр её первоначального облика.