Фамилия Алтынчурина — редкий случай, когда в основе лежит не имя и не прозвище, а денежная единица. Корень «алтын» восходит к тюркскому «алтын» — золото, но в русской денежной системе XVI–XVII веков алтыном называли монету в три копейки. Слово это прочно вошло в обиход: отсюда же и поговорка «не стоит и ломаного гроша», и фамилии Алтынов, Алтынников. Однако в данном случае к основе добавился суффикс -чур-, который в русской ономастике встречается редко и чаще указывает на принадлежность к группе лиц по занятию или свойству (сравните с фамилиями типа Ковальчук, где -чук — уменьшительно-притяжательный суффикс, но здесь другая модель). Вероятнее всего, Алтынчурин — это патроним от прозвища Алтынчур, которое могло означать «торговец алтынами», «меняла» или «человек, имеющий дело с мелкими деньгами». Окончание -ин указывает на принадлежность: «чей?» — Алтынчурин, то есть сын или потомок Алтынчура.

Форма с конечным -а характерна для женского варианта фамилии (Алтынчурина), но в русской традиции она часто закрепляется как общая для всех членов семьи в документах, особенно если фамилия не склонялась по мужскому роду в быту. Встречается фамилия преимущественно в регионах с исторически смешанным русско-тюркским населением — в Поволжье, на Урале, в Башкортостане и Татарстане. В татарской среде «алтын» как имя или компонент имени (Алтынбай, Алтынбике) тоже встречался, но здесь именно прозвищная основа, а не личное имя — иначе фамилия звучала бы как Алтынов или Алтынбаев.

Интересно, что суффикс -чур- в русских фамилиях почти не встречается, зато в тюркских языках есть аналоги: например, в чувашском «чур» означает «раб», «слуга», но в контексте фамилии это маловероятно — скорее, случайное звуковое совпадение. Более правдоподобно, что -чур- здесь — вариант русского суффикса -арь (как в «алтынщик»), переоформленный под местное произношение. Таким образом, предки носителей фамилии — скорее всего, небогатые горожане или посадские люди, чьим ремеслом был обмен денег или мелкая торговля. Фамилия недворянская, нечастотная, и в дореволюционных списках её почти нет — она скорее поздняя, закрепившаяся уже после отмены крепостного права, когда крестьянам и мещанам массово давали фамилии по прозвищам.