Фамилия Айшпур — редкий случай в русском ономастиконе, и её происхождение почти наверняка не славянское. Скорее всего, перед нами фамилия, принесённая в Россию переселенцами из немецкоязычных земель. Разберём её по частям. Основа «Айш» (Eisch) может быть вариантом немецкого слова Eis — «лёд», либо восходить к личному имени Айш (например, сокращение от Айзенхардт). Вторая часть «пур» (pur) в немецких фамилиях встречается редко и, вероятно, является искажением от Bauer — «крестьянин», «строитель», или от Burg — «замок», «крепость». Таким образом, исходная фамилия могла звучать как Eischbauer («ледяной крестьянин» — метафорическое прозвище для человека с холодным нравом или работающего со льдом) или Eischburg (топонимическая фамилия от названия населённого пункта вроде Айшбург).

Есть и другая, более прозаичная версия. Айшпур — это русифицированная форма еврейской фамилии Айшпур или Эйшпур, распространённой среди ашкеназских евреев. В таком случае корень «Айш» (איש) с иврита переводится как «человек», а «пур» (פור) — «жребий» (отсюда и праздник Пурим). Фамилия могла быть искусственной, составленной раввином или чиновником при записи в метрические книги в XIX веке, и означать «человек жребия» или «человек судьбы». Такая модель образования (корень + корень) типична для искусственных еврейских фамилий Австро-Венгрии и Германских земель.

Географически фамилия Айшпур встречается в России крайне редко. Основные очаги — Поволжье (бывшие немецкие колонии) и западные регионы (бывшая черта оседлости). В Поволжье фамилия могла принадлежать потомкам немецких колонистов, приглашённых Екатериной II, и тогда её написание — результат адаптации немецкой фамилии русским ухом. В западных губерниях — скорее еврейский вариант.

Словообразовательная модель фамилии необычна для русского языка: в ней нет привычных суффиксов -ов, -ин или -ский. Это указывает на то, что фамилия не прошла полную русификацию и сохранила исходную «иностранную» форму. Для носителя фамилии Айшпур важно понимать: её уникальность — прямое отражение миграционных процессов XVIII–XIX веков, когда в Россию приезжали люди с разными языками и традициями именования. Точное значение можно установить только по семейным архивам или региону проживания предков: немецкие корни дают «ледяного крестьянина», еврейские — «человека жребия». Обе версии правдоподобны, но первая (немецкая) статистически чаще встречается в российских записях.