Фамилия Беломыльцев — один из тех редких случаев, когда прозвище предка буквально «вынесено» в основу. Разбираем её по частям: корень «мыльц-» указывает на мыло, а первая часть «бело-» задаёт цвет или качество. Получается «белое мыло» — и это не метафора, а прямое указание на занятие или товар.

Словообразовательная модель типична для русского севера и центра: сначала появилось прозвище Беломыл (или Беломылец), а затем к нему добавился патронимический суффикс -ев, характерный для фамилий, образованных от прозвищ на твёрдый согласный. Форма с суффиксом -цев встречается реже, но в данном случае именно она закрепилась в документах. Фамилия явно происходит от прозвища, которое мог получить мыловар, делавший особенно белое, чистое мыло. В XVI–XVII веках мыловарение было распространённым промыслом, особенно в городах Поволжья и на Русском Севере, где ценилось «белое мыло» (в отличие от более тёмного, дешёвого). Прозвище Беломыл могло закрепиться за мастером, который славился качеством продукта, либо за торговцем, который возил именно белое мыло.

Вторая, менее вероятная версия — связь с диалектным словом «мыльце» в значении «мыльная пена» или «намыленный участок». Тогда «беломыльцев» могло означать человека с очень светлыми, «вымытыми» волосами или кожей. Но это предположение слабее: в говорах такое прозвище не зафиксировано, а вот связка «белое мыло» как товарный признак — вполне реальна.

Географически фамилия редкая. Встречается в основном в центральных областях России (Владимирская, Костромская, Нижегородская) и на Урале — там, где в XIX веке активно развивалось кустарное мыловарение. В переписях и метрических книгах Беломыльцевы фиксируются как крестьяне или мещане, что подтверждает ремесленное происхождение.

Ударение в фамилии, скорее всего, падает на первый слог: Бéломыльцев. В бытовой речи иногда смещают ударение на второй слог, но исторически верно именно такое произношение — в соответствии с прозвищной основой. Сословной привилегированности фамилия не несёт: это типичная «ремесленная» фамилия, без дворянских корней, но с живой историей конкретного дела, которое кормило род.