Фамилия Бонцев — пример того, как простое прозвище, данное по внешности или привычке, закрепилось в родовом имени. В её основе лежит слово «бонда» или «бондя» — так в южных и западных говорах называли ворчуна, брюзгу или капризного человека. Корень тот же, что у глагола «бондить» (ворчать, надоедать) или прилагательного «бондовый» (сердитый, угрюмый). Менее вероятно, хотя и возможно, происхождение от польского bonić — «хвастать» или «бахвалиться», что тоже давало бы прозвище с оттенком характера.

Суффикс -ев указывает на патронимическую модель: Бонцев — «сын Бонца». Форма Бонец — это уменьшительное от исходного прозвища Бонда, образованное с помощью суффикса -ец, который в русских фамилиях часто встречается (сравните: Кузнец — Кузнецов, Молодец — Молодцев). Таким образом, цепочка проста: прозвище Бонда → уменьшительное Бонец → отчество Бонцев.

Географически фамилия тяготеет к южнорусским областям — Курской, Воронежской, Ростовской, а также к украинскому пограничью. Там слово «бонда» в значении «ворчун» было в ходу вплоть до начала XX века. В центральных и северных регионах она встречается редко и, скорее всего, принесена переселенцами.

В отличие от фамилий, образованных от церковных имён (Иванов, Петров) или профессий (Кузнецов, Плотников), Бонцев — чисто прозвищная фамилия. Она не указывает на род занятий предка, а описывает его характер. Это делает её особенно ценной для историка: такие фамилии сохраняют живую народную речь, утраченные слова и меткие бытовые характеристики. Предок носителя фамилии Бонцев, по всей видимости, был человеком с непростым нравом — не злым, но въедливым, любящим поворчать или высказать недовольство.