Фамилия Бовдурец — редкий пример, где в основе лежит не профессия и не имя, а яркая, почти бранная характеристика человека. Это прозвище из западнорусских и украинских земель, и его значение напрямую связано со словом «бовдур».

Разберем саму основу. «Бовдур» в украинском и белорусском говорах — не просто обзывательство, а конкретный образ: так называли нерасторопного, мешковатого человека, увальня или простофилю. Слово имеет экспрессивную окраску и, скорее всего, родственно глаголу «бовтать» (болтать, качать) или звукоподражанию «бух» — представление о чем-то грузном и неуклюжем. Суффикс «-ец» в фамилии Бовдурец — типичный для украинской и белорусской ономастики. Он образует названия лиц по характерному признаку: «тот, кто является бовдуром». То есть Бовдурец — это буквально «сын Бовдура» или просто «человек, которого прозвали Бовдуром».

Интересно, что у слова есть и другое, куда более безобидное значение. В некоторых диалектах «бовдур» — это печная труба, дымоход. В этом случае прозвище мог получить печник или человек, живший в доме с приметной высокой трубой. Но первая версия, с личностной характеристикой, встречается в источниках чаще и выглядит правдоподобнее для прозвища — люди нарекали друг друга скорее по поведению, чем по архитектурной детали.

Фамилия Бовдурец не относится к числу дворянских или старинных княжеских. Её носители — это, скорее всего, крестьяне или мещане из регионов современной Западной Украины (Волынь, Подолье) или Беларуси. Суффикс «-ец» указывает на то, что фамилия закрепилась в бессуффиксной форме прозвища, а не через отчество на «-ович» или «-енко», что характерно для более раннего, народного слоя фамилий. Встретить Бовдурца в центральной России почти невозможно — фамилия прочно привязана к западнославянской языковой среде.

Таким образом, Бовдурец — фамилия-диагноз, если можно так выразиться. Она прямо говорит о характере или внешности своего первого носителя. При этом современному обладателю фамилии не стоит смущаться: прозвища на Руси давались часто «от противного» или в шутку, и со временем их острота стиралась, оставляя лишь связь с родом и историей семьи.