Фамилия Брусенские (в мужском роде — Брусенский) — это типичный пример украинской или польской фамилии, образованной по модели на -ский/-цкий. Такая модель указывала либо на принадлежность к географическому объекту (селу, местности), либо на происхождение от прозвища с последующей адаптацией под дворянский или шляхетский образец. В случае с Брусенскими ключ к разгадке лежит не в топониме, а в прозвище Брусеня.

В основе прозвища — глагол «брусить». В южнорусских и украинских говорах у него богатая гамма значений: «нести чепуху, врать», «бормотать косноязычно», а также «пьянствовать до беспамятства». Прозвище Брусеня, скорее всего, носило иронический, даже насмешливый оттенок: так могли прозвать болтуна, заику или горького пьяницу. Позже это прозвище стало наследственным, а при оформлении официальных документов или при переходе в более высокое сословие к основе Брусен- добавили типичный суффикс -ский, который звучал «благороднее» простых русских фамилий на -ов/-ев.

Интересно, что существует и альтернативная, менее очевидная версия. В некоторых диалектах «брус» — это не только камень, но и деревянный брус, а «брусеня» — человек крепкого, «брускового» телосложения. Однако эта гипотеза уступает первой по убедительности, так как глагольные прозвища на -еня (сравните: Воробуша — Воробушенский, Гуля — Гуленский) в ономастике встречаются чаще, чем прозвища по физической характеристике с тем же суффиксом.

О точном месте и времени возникновения фамилии сейчас говорить сложно: процесс её закрепления был длительным. Ясно одно: фамилия Брусенские прошла путь от бытового, подчас грубоватого прозвища до фамилии, звучащей по-книжному и даже аристократично. Это любопытный пример того, как социальный престиж (суффикс -ский) мог «облагородить» корень, связанный с человеческими слабостями.