Фамилия Буурлачева — редкий случай, когда прозвище, лёгшее в основу, почти наверняка связано не с именем, а с занятием или манерой поведения. В ней слышится глагол «буурлать» — диалектное слово, распространённое в южнорусских и украинских говорах. Означало оно «ворчать», «брюзжать», «говорить невнятно» или «бубнить». Человека, который постоянно что-то недовольно бормотал, могли прозвать Буурла — отсюда и пошла фамилия.

Суффикс -ев- указывает на модель «чей сын?» или «чей человек?»: Буурлачев — потомок Буурлы. Окончание -а в исходном прозвище (Буурла) — типично для прозвищ на -а в русской ономастике, которые давали по характерному признаку: Плакса, Ворчуна, Буурла. Такие прозвища нередко закреплялись за людьми с заметной речевой особенностью — картавостью, гнусавостью или привычкой говорить себе под нос.

Форма Буурлачева — женский вариант, образованный по стандартному правилу: к мужской фамилии Буурлачев добавляется окончание -а. Мужской вариант, Буурлачев, встречается крайне редко: по открытым данным, носителей фамилии — единицы, и основная часть живёт в Волгоградской области и на юге России. Это совпадает с ареалом слова «буурлать»: оно фиксируется в донских и кубанских говорах.

Есть и альтернативная, менее вероятная версия: связь с тюркским корнем «буур» — «верблюд» (ср. казахское «буура» — одногорбый верблюд). Но тогда фамилия скорее звучала бы как Буураев или Бууралин, а суффикс -ач- в русских фамилиях для тюркских основ нехарактерен. К тому же в русском языке «буурлать» — живое, пусть и диалектное, слово, а «буур» в значении «верблюд» — заимствование, которое редко давало прозвища без дополнительного суффикса.

Так что Буурлачевы с большой вероятностью ведут род от ворчливого, но беззлобного предка — того, кто любил поворчать себе под нос. В эпоху, когда прозвища давали метко и без лести, такое могли закрепить за человеком, который не молчал, когда было недоволен.