Фамилия Чимров — один из тех случаев, когда внешне простая основа таит в себе сразу несколько возможных толкований. Словообразовательная модель здесь прозрачна: суффикс -ов указывает на типичную русскую патронимическую или посессивную фамилию, отвечающую на вопрос «чей?». Значит, в основе лежит личное имя или прозвище Чимр.

Самый очевидный путь — связать Чимра с тюркскими языками. В ряде тюркских наречий корень «чим» или «чым» означает «дёрн», «трава», «луг». В этом случае прозвище Чимр мог получить человек, живший на лугу, занимавшийся заготовкой дёрна или имевший отношение к земледелию. Однако прямая параллель с конкретным тюркским словом «чим» не даёт готового имени «Чимр» — скорее, это могла быть сокращённая или адаптированная форма более длинного имени, вроде Чимрай или Чимрбай.

Вторая версия, менее очевидная, но не менее интересная, лежит в сфере русских диалектов. В некоторых северных и сибирских говорах «чимра» — пренебрежительное название для хилого, невзрачного человека или, наоборот, для того, кто постоянно суетится и «чимрит» (то есть копошится, делает что-то мелкое). Такое прозвище легко могло закрепиться за крестьянином или ремесленником, чей характер или внешность дали повод для насмешливого сравнения.

Примечательно, что фамилия Чимров — довольно редкая. Её география тяготеет к регионам Поволжья и Урала, где исторически плотно соприкасались русское и тюркское население. Это не случайно: именно в зоне активного этнического контакта прозвища с неясной этимологией — обычное дело. Человек с русским суффиксом мог носить основу, понятную его соседям-татарам или башкирам, или наоборот.

Если сравнивать Чимрова с однокоренными фамилиями, то в глаза бросается отсутствие широко распространённых вариантов. Нет массовых Чимриных или Чимровских, как нет и громких дворянских родов с такой фамилией. Это верный признак того, что фамилия формировалась не в среде служилого сословия, а в крестьянской или мещанской среде, где прозвище закреплялось за одной семьёй в конкретной местности.

Таким образом, Чимров — скорее всего, прозвищная фамилия, возникшая на стыке культур. Её носитель мог быть либо «луговым человеком» в тюркском понимании, либо обладателем нелестного, но меткого русского прозвища. Точный ответ дал бы только анализ конкретной родословной с привязкой к месту, но оба пути ведут к простому сельскому предку, жившему несколько веков назад.