Фамилия Дирелецкая — редкая и неочевидная с точки зрения происхождения. Даже её основа не лежит на поверхности, что сразу отличает её от массовых фамилий на -ов или -ин. Первое, что бросается в глаза, — суффикс -ецк-, характерный для польской и западнорусской ономастики. В русской традиции фамилии на -ский/-цкий чаще указывали на географическое происхождение: владение или проживание в местности с таким названием. Дирелецкая, скорее всего, женская форма от мужской Дирелецкий, а та, в свою очередь, образована от топонима Дирелец или Дирельцы.

Где могла находиться эта местность? Точных данных нет, но можно провести аналогию. В польском языке существует слово «dyrektor» (директор), но оно заимствованное и вряд ли стало основой для названия деревни. Куда вероятнее, что корень восходит к древнему литовскому или балтскому слову. На территории бывшего Великого княжества Литовского, особенно в современной Беларуси и на Смоленщине, встречаются названия с корнем «dir-»: например, река Дирна или село Дирвины. В литовском «dirti» означает «раздирать, сдирать» — возможно, прозвище или название места, связанного с расчисткой земли под пашню, с корчеванием леса. Если это так, то предок Дирелецких мог быть выходцем из селения, основанного на выжженном или выдранном участке.

Вторая версия, более прозаичная, но тоже имеющая право на жизнь, — связь с профессией. В некоторых говорах «дира» или «дыра» могла означать не просто отверстие, а, например, прорубь или яму для хранения. Человек, живший у такой «диры» или следивший за ней, мог получить прозвище Дирелец. Однако суффикс -лец скорее указывает на жителя определённого места (ср. «селец» — житель села), чем на ремесленника.

Сословная принадлежность носителей фамилии неясна. Окончание -цкий в сочетании с редкой основой не даёт однозначного сигнала о дворянстве: такие фамилии могли получить и крестьяне, переселившиеся из одной деревни в другую, и обедневшие шляхтичи. Единственное, что можно сказать с уверенностью: фамилия Дирелецкая сформировалась не в центральной России, а на западных или северо-западных рубежах, где смешивались славянские и балтские языки. Именно этот региональный отпечаток делает её уникальной и трудной для однозначной расшифровки.