Фамилия Доморослов — редкий случай, когда прозвище не просто указывает на занятие, а рисует целую картину: человек, который «дома рос», то есть родился и вырос в этом же доме, а не пришёл со стороны. В крестьянской среде, где невестки уходили в семью мужа, а работников нанимали со стороны, «доморослый» означал своего, коренного, выросшего на глазах. Такое прозвище могли дать парню, который женился на односельчанке и остался жить в отцовском доме, в отличие от «примака» (зятя, принятого в дом тестя) или «захожего» работника.

Словообразовательная модель прозрачна: основа «доморосл-» (от «дом» и «расти») плюс типичный русский суффикс -ов, указывающий на принадлежность. Доморослов — буквально «сын Доморослого». Суффикс -ов в этой фамилии не даёт сословной подсказки: его носили и крестьяне, и мещане, и духовенство. Но само прозвище — из народной, не книжной речи, поэтому корни фамилии, скорее всего, крестьянские или посадские.

Интересно, что у фамилии есть почти зеркальный двойник — Саморослов. Обе образованы по одному принципу (наречие «само-» или «дома» + глагол «расти»), но смысловой оттенок разный: «саморослый» — это выросший сам по себе, без ухода, а «доморослый» — выросший в родном доме. В говорах встречалось и слово «доморослый» в значении «домашний, не покупной», например, о скотине или овощах, но по отношению к человеку оно всегда несло оттенок «свой, местный».

Встречается фамилия преимущественно в центральных и северных областях России — там, где сохранялась устойчивая оседлость крестьян. В документах XVIII–XIX веков её можно найти среди государственных крестьян, реже — среди однодворцев. Географически фамилия не массовая: по современным данным, носителей Доморословых насчитывается не более нескольких сотен, и они сконцентрированы в основном в Костромской, Вологодской и Кировской областях.

Однозначной версии о происхождении фамилии из духовного сословия нет. В среде семинаристов фамилии часто давали по латинским или греческим корням, а «Доморослов» — чисто русское бытовое слово. Поэтому связывать её с «домашним воспитанием» или «домашним ростом» в богословском смысле — натяжка. Правдоподобнее всего, что предок Доморословых был просто «своим парнем» в своей деревне, и это закрепилось за его потомками.