Фамилия Дровкин проста и прозрачна — в её основе лежит слово «дрова». Но простота эта обманчива: за ней стоит не одно ремесло, а целый пласт народных прозвищ, связанных с лесом, топливом и тяжёлым физическим трудом.

Корень «дров-» указывает на человека, который имел дело с дровами. В старину это мог быть дровосек (лесоруб), дровяник (торговец дровами) или просто человек, который возил и колол дрова. Однако суффикс «-к-» в основе «Дровк-» наводит на другую, более живую версию: прозвище Дровка могли дать не по профессии, а по характеру. Так называли грубого, тяжёлого на подъём или неуклюжего человека — в переносном смысле «чурбан», «болван». В русских говорах слово «дровка» могло звучать как уменьшительно-уничижительное от «дрова», то есть щепка или полешко, а прозвище закреплялось за тем, кто был «как дерево» — простоват и прямолинеен.

Модель образования типична для русских фамилий: суффикс «-ин» присоединяется к основе на «-а» (Дровка → Дровкин). Это значит, что фамилия возникла в среде, где прозвище или некалендарное имя отца было Дровка, а сына называли «Дровкин сын». Такая модель характерна для северных и центральных областей России, особенно для территорий бывшего Новгородского и Вятского краёв, где было много лесных промыслов.

Фамилия Дровкин не относится к аристократическим — её носители почти наверняка происходили из крестьян или посадских людей. В переписных книгах XVII–XVIII веков можно встретить крестьян с таким прозвищем в Архангельской, Вологодской и Костромской губерниях. Интересно, что в некоторых регионах фамилия могла писаться через «а» — Дравкин, что отражает местное акающее произношение. Сравните с однокоренными Дровосеков, Дровяников, Дровнин — все они из одной лесной среды, но Дровкин выделяется именно прозвищным, а не чисто профессиональным оттенком.

Сегодня фамилия Дровкин встречается нечасто, но её носители есть по всей России. Самое ценное в ней — не редкость, а ёмкость: в четырёх слогах уместилась и история лесного промысла, и народная меткость, и бытовая ирония.