Фамилия Дудосенко — характерный пример украинской модели фамилий с суффиксом -енко, который в XVI–XVIII веках закрепился в Поднепровье и Слобожанщине как основной способ обозначения потомка: буквально «сын Дудоса» или «маленький Дудос». Такие фамилии чаще всего получали казаки и крестьяне, и они почти не встречались у польской шляхты или московского дворянства, что сразу указывает на социальные корни носителя — скорее всего, предок был из реестровых казаков или мещан.

Основа «Дудос» — неканоническое прозвище или производное от имени. Самая прямая версия: от слова «дуда» — дудка, волынка. В украинских говорах «дуда» означала и музыкальный инструмент, и самого музыканта-дударя. Суффикс -ос встречается в украинских прозвищах реже, чем -ай, -ун, -ик, но он есть: Дудос могло означать человека, который постоянно дудит, играет на дудке, или того, кто издаёт звуки, похожие на гудение. Менее вероятно, но не исключено, что Дудос — это вариант имени Дорофей или Феодосий, где народное усечение дало форму вроде Дорош → Дудос.

Суффикс -енко в фамилии Дудосенко — не уменьшительный, а патронимический. В XVIII–XIX веках, когда малороссийские фамилии фиксировались в метрических книгах и ревизских сказках, модель на -енко была уже не столько «сын такого-то», сколько наследственным фамильным знаком. Поэтому Дудосенко не обязательно означает, что отца звали Дудосом — фамилия могла закрепиться за целым родом, где первый носитель получил прозвище Дудос.

Географически фамилия тяготеет к Полтавщине и Черкасчине — это зона наибольшей плотности фамилий на -енко. В ранних переписях XIX века, например, по материалам Киевской и Полтавской губерний, Дудосенко встречается среди государственных крестьян и казаков. В России фамилия редка и почти всегда указывает на украинские корни переселенцев времён столыпинской аграрной реформы или более поздних миграций.

Однокоренные фамилии — Дудка, Дудник, Дудченко, Дудкин — гораздо многочисленнее и прозрачнее по смыслу. Дудосенко стоит в этом ряду особняком именно из-за нестандартного суффикса -ос в основе, который делает её менее очевидной для этимологии, но и более интересной: это не просто «сын дударя», а «сын того, кого прозвали Дудосом», — прозвище могло относиться к человеку с гнусавым голосом, привычкой насвистывать или к тому, кто делал дудки на продажу.