Фамилия Экстудианова — редкий случай в русском ономастиконе, и её разговор начинается не с корня, а с суффикса. Окончание -ова указывает на принадлежность к женскому роду, а мужской вариант — Экстудианов. Сама же основа, скорее всего, восходит к латинскому слову «exsul» (изгнанник) или «exsulare» (быть в изгнании), что делает фамилию искусственной, книжной по происхождению. В русской традиции такие фамилии редко возникали стихийно — их могли дать в духовных семинариях, где ученикам нередко присваивали фамилии по латинским или греческим корням, отражавшим либо их характер, либо обстоятельства жизни. В данном случае «Экстудианов» могло означать «сын изгнанника» или «пришелец», что предполагает историю предка, возможно, ссыльного или переселенца.

Словообразовательная модель здесь необычна: латинская основа «exsul» получила русский суффикс -иан-, который встречается в фамилиях семинарского происхождения (сравните с «Иоаннов», «Викторианов»). Это не типичная для крестьянских фамилий схема с -ов или -ин, а скорее признак образованной среды — духовенства или, реже, разночинцев. Географически такие фамилии разбросаны по всей России, но чаще встречались в центральных губерниях, где работали семинарии — например, в Московской, Тверской или Рязанской. Конкретных данных о концентрации Экстудиановых в одном регионе нет, но можно предположить, что носители фамилии могли быть потомками священников или церковнослужителей.

Споров вокруг корня немного, но есть одна альтернативная версия: некоторые исследователи связывают «Экстудианов» с латинским «ex studio» (из усердия, из занятия), что могло бы указывать на прозвище прилежного ученика. Однако эта гипотеза слабее, так как в семинарской практике фамилии чаще давали по месту происхождения или внешним признакам, а не по чертам характера. Более правдоподобно, что предок носителя фамилии действительно был изгнанником — возможно, ссыльным польским шляхтичем или участником восстания, чья фамилия была переделана на русский лад. В любом случае, Экстудианова — это фамилия-загадка, которая хранит след книжной культуры и нестандартной судьбы.