Фамилия Еретикосжогин — почти уникальный случай в русской ономастике. Она не просто редкая, а демонстративно «говорящая»: её основа буквально означает «сжигатель еретиков». Это сложное слово, образованное от двух корней: «еретик» (от греческого hairetikos — «сектант, отступник») и «жог» (от глагола «жечь»). Суффикс -ин указывает на принадлежность: «чей?» — Еретикосжогин, то есть сын или потомок того, кто жёг еретиков.

Словообразовательная модель здесь необычна: фамилия построена по типу сложных прозвищ-композитов, которые в русском языке встречаются реже, чем простые (типа Кузнецов или Смирнов). Обычно такие прозвища давали не по профессии в прямом смысле, а по яркой, запоминающейся черте человека или по его роли в общине. В данном случае прозвище Еретикосжога мог получить либо реальный исполнитель казней — палач, либо, что вероятнее, человек, который яростно боролся с инакомыслием в своей среде, например, ревностный прихожанин, местный обличитель, доносчик. В XVI–XVII веках, когда на Руси активно преследовали старообрядцев и «еретиков», такое прозвище могло возникнуть в среде духовенства или посадских людей, близких к церковной администрации.

Географически фамилия почти не зафиксирована в исторических переписях и современных справочниках. Встречаемость крайне низкая, что говорит о её локальном происхождении — возможно, в одном конкретном селе или уезде. Судя по модели, она могла бытоваться в северных или центральных областях России, где сильны были позиции старообрядческих общин и, соответственно, острее шла борьба с ними. В отличие от фамилий вроде Еретиков или Еретинин, которые просто указывали на отца-еретика, Еретикосжогин несёт активную, агрессивную характеристику.

Есть версия, что фамилия могла возникнуть не как прозвище, а как искусственное семинарское образование. В духовных училищах XVIII–XIX веков ученикам иногда давали «говорящие» фамилии по их поведению или внешности, но для семинарий типичнее греко-латинские кальки (например, Богоявленский, Сперанский). Славянская грубость «еретикосжога» для семинарской среды маловероятна — скорее, это народное, стихийное прозвище, закрепившееся в документах. Однокоренные фамилии — Еретин, Еретиков, Еретищев — встречаются чаще, но все они теряют ту конкретную жестокость действия, которая делает Еретикосжогина уникальным памятником языка и истории.