Фамилия Гарболинская звучит так, будто за ней стоит географическое название — и это действительно самый вероятный путь её появления. Суффикс -ск- указывает на то, что фамилия образована от топонима: так называли человека по месту, откуда он родом или где владел землёй. В данном случае основа — Гарболин или Гарболино. Таких названий в современных атласах не найти, но в прошлом они могли быть названием небольшого хутора, деревни или урочища на территории бывшей Речи Посполитой — в нынешних Беларуси, Польше или Западной Украине.

Корень «гарбол-» неочевиден. Он может восходить к польскому или белорусскому диалектному слову, связанному с «гарбаць» (горбить, сгибать) или «гарбач» (горбун). Однако правдоподобнее другая версия: перед нами вариант фамилии Гарбовский или Гарбович, где основа — Гарб, а -олин- — уменьшительный или патронимический формант. Сам Гарб — это, скорее всего, прозвище от «горб» в значении «неровность, выпуклость» или «горбатый человек». Такие прозвища давали не только по физическому недостатку, но и по особенности характера: горбуном в народе могли назвать упрямого, неуступчивого человека.

Форма на -инская характерна для польской шляхетской традиции: многие дворянские фамилии оканчивались на -ский/-цкий, а женская линия нередко получала вариант с -инская. Поэтому Гарболинская могла быть женской формой от мужской фамилии Гарболинский. В России такие фамилии чаще встречались у потомков польской или украинской шляхты, перешедшей на русскую службу, а также у крещёных евреев, бравших фамилии по названиям местечек.

Сословная принадлежность предков Гарболинских, скорее всего, была неоднородной. Если фамилия действительно шляхетского происхождения, её носители могли быть мелкопоместными дворянами. Если же она возникла у крестьян или мещан, то просто по названию деревни, где жила семья. Известных исторических личностей с такой фамилией нет в широком доступе, что говорит о её редкости и локальном бытовании. Сегодня Гарболинская — фамилия, которая почти не встречается за пределами Восточной Европы, и каждый её носитель хранит связь с конкретным, пусть и забытым, уголком земли.