Фамилия Гольбом — не из тех, что сразу расскажут о ремесле или внешности предка. Это скорее искусственная конструкция, собранная из двух корней, причём корни эти — из разных языков. В основе лежит немецкая фамилия Гольбаум (Golbaum), где первая часть «голь» предположительно восходит к польскому goły — «голый» или «лысый». Вторая часть — «баум» (нем. Baum) — означает «дерево». Получается что-то вроде «голое дерево» или «лысое дерево». Согласитесь, звучит не как прозвище, данное за внешность или характер, а как составное имя, которое могли придумать по какому-то случаю.

Такие фамилии — с двумя смысловыми частями — характерны для еврейского населения Восточной Европы, особенно в XIX веке, когда власти активно присваивали фамилии. В ход шли любые сочетания: Вейценбаум («пшеничное дерево»), Цигенбаум («козье дерево»), Зауэрштром («кислый поток»), Левенфиш («рыба-лев») или Квечман («тот, кто высказывается неохотно»). Гольбом стоит в этом же ряду — не указывает ни на место жительства, ни на профессию, а просто фиксирует придуманную кем-то метафору.

В русском языке фамилия закрепилась в форме Гольбом — без второго корня «баум», который сократился до «бом». Это характерный след адаптации: немецкое Baum на слух превратилось в «бом», а конечное «м» осталось. Такая переделка встречается у многих фамилий, попавших в русскую среду через устную передачу.

По сути, носитель фамилии Гольбом — потомок человека, чью фамилию когда-то составили из двух слов, смысл которых сегодня уже не очевиден. «Голое дерево» — звучит странно, но для ономастики XIX века это обычная практика: брали два корня, складывали их и получали фамилию. Никакой географической привязки или сословной принадлежности за ней нет — только модель словообразования, характерная для определённой эпохи и региона.