Фамилия Гороводский — яркий пример того, как прозвище, связанное с народным обычаем, закрепилось в качестве родового имени. В её основе лежит слово «хоровод» (чередование «г/х» в славянских говорах — явление распространённое, ср. «галифе» и «халифе» или диалектное «гором» вместо «хором»). Предка, получившего такое прозвище, могли называть Гороводом — либо за любовь к пляскам и песням, либо за то, что он был заводилой или распорядителем на гуляньях. В некоторых говорах «гороводить» означало «шуметь, суетиться, водить хороводы», так что прозвище могло закрепиться за человеком беспокойным или общительным.

Модель образования — суффикс -ск(ий), который в восточнославянской традиции чаще всего указывает на принадлежность к месту или владельцу. Однако в данном случае фамилия явно не топонимическая (нет села Гороводы или Гороводова), а «прозвищная»: к основе Горовод- добавили -ский, что характерно для фамилий, которые оформлялись в среде духовенства или шляхты, но могло быть и вторичным — когда крестьянин получал фамилию от прозвища отца, а суффикс -ский придавал ей «благородное» звучание. Встречается и вариант написания Хороводский — он более прозрачен этимологически, но именно форма Гороводский закрепилась в ряде регионов, особенно на западе и юге России, а также среди еврейских носителей фамилии (где оглушение или замена «х» на «г» — частое явление в идише и украинском окружении).

Наиболее вероятная социальная среда возникновения — крестьянская или мещанская среда, где прозвища давали по заметным чертам поведения. В пользу этого говорит и то, что фамилия не встречается в старых дворянских родословных книгах. В документах XIX — начала XX века Гороводские фиксируются преимущественно в Подольской, Волынской и Киевской губерниях — то есть в зоне украинско-польского пограничья, где оглушение начального «х» было нормой.

Сравнение с однокоренными фамилиями (Хороводов, Хороводкин, Гороводов) показывает, что именно форма с -ский оказалась менее частотной, но более устойчивой в письменных источниках — возможно, из-за того, что её носители при переписях стремились к «книжному» варианту оформления. Сегодня фамилия редкая, и её носители, скорее всего, потомки одного или нескольких родов, рассеявшихся после событий XX века.