Фамилия Гублин — редкий пример, где географический и языковой следы почти не пересекаются. Если смотреть на суффикс, то на ум приходит типичная русская модель на -ин: её давали по имени или прозвищу отца, заканчивающемуся на -а или -я (Губа → Губин, Губля → Гублин). Но всё упирается в основу.

Самая прямая версия — отчество от прозвища Губля. В русских говорах «губля» — это не только уменьшительное от «губа», но и диалектное название толстогубого человека или, реже, вялого, медлительного (от глагола «губиться» — мешкать). Корень тот же, что и в фамилиях Губин, Губанов, Губкин. В этом случае Гублин — «сын Губли»: предок получил прозвище по внешности или характеру, а потомки закрепили его как фамилию.

Вторая версия, менее очевидная, но более редкая и оттого ценная — топонимическая. На северо-западе России, в бывших Псковской и Новгородской губерниях, встречаются деревни с названием Гублы или Гублино. Если предок переехал оттуда, его могли записать как «Гублин» — по месту выхода. В пользу этой гипотезы говорит то, что суффикс -ин у топонимических фамилий встречается, но обычно не так часто, как у отчеств. Зато это объясняет, почему фамилия не получила широкого распространения: она привязана к конкретному локальному очагу.

С точки зрения сословной принадлежности — фамилия крестьянская или мещанская. В дворянские родословные книги Гублины не попали. Встречается она спорадически: в Тверской, Смоленской областях, единично на Урале (скорее всего, переселенцы). В целом, Гублин — фамилия-загадка: либо потомок «губли» (человека с приметной внешностью), либо выходец из затерянной деревни. И то, и другое делает её по-своему уникальной среди тысяч однотипных «Ивановых».