Фамилия Гушленко звучит на южнорусский и украинский лад и образована по одной из самых распространённых в этих краях моделей — с суффиксом -енко, который в XVI–XVII веках означал «сын» или «потомок» (буквально: «чей?» — Гушленко, то есть малый Гушло). Корень здесь — Гушл-, и это сразу ставит перед нами вопрос: что скрывается за этим неочевидным звучанием?

Скорее всего, основа восходит к прозвищу Гушло. В украинских и белорусских говорах «гуша» — это горло, пасть, зев, а «гушити» — душить, давить. Человек с прозвищем Гушло мог получить его за хриплый, сиплый голос, за привычку говорить «глухо», как бы из горла, либо за крутой нрав — «душитель», тот, кто не даёт спуску. Встречается и другая, более бытовая версия: в польском языке gusła — это колдовство, чары (отсюда и русское «гусли», как инструмент для заклинаний). Однако для украинской фамильной модели эта параллель менее вероятна, хотя и не исключена, если предок слыл знахарем или ворожеем.

Суффикс -енко указывает на территорию происхождения: такие фамилии массово закрепились на Левобережной Украине, в Полтавской, Черниговской, Киевской губерниях, а также на Кубани и в южных областях России, куда украинские переселенцы принесли свой быт и язык. Гушленко — фамилия недворянская, казацкая или крестьянская: её носители входили в реестры запорожских казаков или были вольными хлеборобами. Встречается она и сегодня, но остаётся редкой: по открытым данным, несколько десятков семей с этой фамилией живут в основном на юге России и востоке Украины.

Интересно, что в фамилии нет «смягчения» — типичного для украинских фамилий окончания -ченко (как Гущенко), а стоит именно -шленко, что может говорить о местном произношении: твёрдое «ш» вместо ожидаемого «щ» в диалектах. Эта деталь — дополнительный ключ к региону: возможно, корни фамилии — в Черниговщине или на Слобожанщине, где говорили «гушло», а не «гуща».