Фамилия Гуйма звучит нехарактерно для исконно русской антропонимии. С первого взгляда заметно, что в ней нет привычных суффиксов -ов, -ин или -ский, которые превращают прозвище в фамилию. Скорее всего, Гуйма — это фамилия, застывшая в форме исходного прозвища или имени, и её корни ведут не в славянскую, а в тюркскую или кавказскую языковую среду.

Наиболее правдоподобная версия связывает основу «гуй» с тюркским словом «куй» или «гюй» — «овца», «баран». В тюркских языках звук «г» часто чередуется с «к», а конечное «ма» могло быть уменьшительным или ласкательным аффиксом. Тогда прозвище Гуйма означало «овечка», «барашек» — такое могли дать пастуху, мелкому торговцу скотом или просто человеку с кротким, безобидным характером. Встречается эта фамилия и в среде крымских татар, и у народов Северного Кавказа, где аналогичные прозвища фиксируются в документах XIX века.

Есть и другая, более редкая гипотеза: Гуйма могла возникнуть из украинского или белорусского диалектного слова «гуй» — так в некоторых говорах называли гуся. Суффикс «-ма» в восточнославянских языках нехарактерен для фамилий, поэтому эта версия слабее: скорее, это местное переосмысление уже готовой тюркской фамилии, когда носитель пытался объяснить её значение знакомыми словами.

Никаких сведений о дворянском происхождении или массовом распространении фамилии Гуйма нет. Это редкая, локальная фамилия, которая указывает на предка-скотовода или человека, получившего прозвище по сходству с животным. В современных русских списках она встречается единично, чаще всего на юге России и в Поволжье — регионах, где веками соседствовали славяне и тюрки.