Фамилия Индрупские — редкий пример, где балтийская основа сочетается со славянским фамильным суффиксом. Это сразу даёт ключ к разгадке: перед нами не первично русская фамилия, а та, что сформировалась на стыке культур, скорее всего на западе Российской империи или в Прибалтике.

Разбираем корень. Наиболее убедительная версия связывает его с литовским языком: indas — «посуда, сосуд» и ruopti — «ковырять, долбить». Таким образом, прозвище Индруп мог получить мастер, делавший деревянную посуду — долблёные миски, ковши, бочонки. Это конкретная ремесленная характеристика, а не случайное прозвище.

Менее вероятна, но возможна эстонская версия: ind — «вдохновение, восторг» и rups — «потроха». Смысл получается размытый, почти абсурдный («восторженные потроха»), поэтому лингвисты отдают предпочтение литовской гипотезе.

Обратите внимание на окончание -ский. В русской ономастике оно указывает на два пути: либо на происхождение от географического названия (например, деревни Индрупы), либо на принадлежность к шляхетскому или духовному сословию, где такие фамилии были нормой. В случае с Индрупскими скорее работает второй вариант: фамилия могла закрепиться за потомками ремесленника, получившего привилегии или переселившегося в город, где фамилии на -ский были распространены среди мещан и однодворцев.

Сама фамилия — памятник не столько «славянской письменности», сколько балто-славянского языкового контакта. Она показывает, как литовское прозвище (Индруп) приросло польско-русским суффиксом и стало фамилией, которую сегодня носят люди, часто уже не помнящие о её ремесленных корнях.