Фамилия Ирбина — одна из тех, что с первого взгляда кажется простой, но при внимательном разборе открывает интересный выбор между географией и языком. Скорее всего, в её основе лежит прозвище Ирбин, которое человек получил по месту жительства: селу Ирба в Тогучинском районе Новосибирской области. Если эта версия верна, то предок носителей фамилии был выходцем оттуда, и фамилия буквально «привязала» его к родной местности.

Название села Ирба, в свою очередь, уходит корнями в южносамодийские языки. По одной из гипотез, оно сложилось из двух элементов: «ир» — «гнилой» и «ба» (из «бу») — «река». Получается «река с гнилой водой». Вероятно, село назвали по водоёму с такими свойствами. Это редкий случай, когда фамилия хранит не только семейную, но и топонимическую историю Сибири.

Менее распространённая, но тоже возможная версия выводит фамилию из балтийских языков. В латышском есть слово irbe — «куропатка». Прозвище Ирба могли дать главе большого семейства: куропатка издревле считалась символом плодовитости. Если принять эту гипотезу, то фамилия Ирбина оказывается в одном ряду с «птичьими» фамилиями, но с необычным — прибалтийским — источником.

Как бы то ни было, обе версии сходятся в главном: фамилия образовалась от прозвища по типичной русской модели с суффиксом -ин, указывающим на принадлежность («чей?» — Ирбин). Этот суффикс — один из самых распространённых в русских фамилиях, но основа здесь нестандартная, что и делает фамилию заметной. Со временем прозвище закрепилось как родовое имя и передалось потомкам, сохранив для нас память либо о сибирском селе с «гнилой рекой», либо о человеке, которого сравнивали с птицей.