Фамилия Камилавкина — редкий случай, когда в основе прозвища лежит не просто профессия или черта характера, а конкретный предмет церковного обихода. Корень здесь — «камилавка», так называется головной убор православного духовенства, высокая шапка цилиндрической формы, расширяющаяся кверху.

Слово греческого происхождения, но в русский язык попало через церковную традицию. Прозвище Камилавка могли дать человеку, который либо постоянно носил такой головной убор (священник, дьякон, монах), либо, что более вероятно в крестьянской среде, имел привычку не снимать шапку в помещении — в насмешку, за сходство с церковной камилавкой. Второй вариант — прозвище получил мастеровой, шивший или торговавший такими головными уборами. Точных данных нет, но бытовая ироничная версия кажется правдоподобнее: церковный сан редко становился основой для фамилии в простонародье, а вот бытовая черта — часто.

Суффикс «-ин» указывает на принадлежность: «чей?» — «Камилавкин», то есть сын или потомок человека по прозвищу Камилавка. Форма женского рода Камилавкина, соответственно, закрепилась за женой или дочерью. С точки зрения словообразовательной модели фамилия абсолютно стандартна для русского севера и центра России, где преобладали патронимы на «-ов/-ев» и «-ин».

Поскольку фамилия происходит от нарицательного существительного, а не от календарного имени, она относится к так называемым «мирским» или прозвищным. В документах XVIII–XIX веков такие фамилии могли фиксироваться стихийно, особенно в среде однодворцев и государственных крестьян. Встречаемость фамилии крайне низкая — она не входит в сотни и даже тысячи самых распространённых русских фамилий, что подтверждает её локальное происхождение, скорее всего, от одного конкретного человека или семьи.

В написании возможна путаница: в старых записях нередко встречается вариант «Камилавкин» (без «а» на конце), а также искажённая форма «Камелавкина» — под влиянием простонародного произношения. Однако этимологически верно писать через «и»: камилавка, а не камелавка. Если вы ищете дальних родственников, стоит проверять оба варианта написания в метрических книгах и ревизских сказках — особенно по Тверской, Ярославской и Вологодской губерниям, где такие «церковные» прозвища бытовали чаще.