Фамилия Каниусенас — литовская, с заметным финским следом в основе. Её ядро — прозвище Канюс, а суффикс -енас указывает на типичную литовскую патронимическую модель: так обозначали потомка, сына человека по прозвищу Канюс. То есть Каниусенас буквально означает «сын Канюса». Само прозвище Канюс, скорее всего, восходит к финскому слову kannus — «шпора». В таком случае Канюсом могли прозвать всадника, рыцаря или просто человека, который носил шпоры — деталь, заметная в быту и выделявшая владельца. Есть и вторая версия: от финского kannas — «перешеек». Тогда прозвище получил бы тот, кто жил на перешейке, у узкой полосы суши между водоёмами. Оба значения возможны, но «шпора» выглядит чуть правдоподобнее: прозвища по характерному предмету одежды или снаряжения встречаются чаще, чем топографические, и легче закрепляются за человеком в малой группе. Финский корень в литовской фамилии — не редкость: исторически Литва и финно-угорские народы (в частности, ливы и эсты) контактировали через торговлю и военные походы, особенно в XIII–XVI веках. Так что Канюс мог быть и переселенцем, и литвином, перенявшим финское слово как прозвище. Фамилия редкая, встречается в основном в Литве и среди литовской диаспоры. В России и Беларуси могла записываться на слух как Каниусенас или Каниусенис — без устоявшейся кириллической нормы. Суффикс -енас в литовской ономастике соответствует русскому -ов/-ев, но в отличие от них не указывает на сословную принадлежность: такую фамилию мог носить и крестьянин, и шляхтич. Словообразовательная модель здесь простая и прозрачная: прозвище + патронимический суффикс, без дополнительных наращений. Споров о происхождении немного — обе версии укладываются в логику прозвищ, и выбирать между ними стоит по контексту: если в роду были конники или военные, версия со шпорой весомее; если предки жили у озёр или на Куршской косе — стоит присмотреться к «перешейку».