Фамилия Кеисинов — редкая, и её разбор требует внимания к деталям, которые не лежат на поверхности. С точки зрения словообразования, перед нами типичная русская патронимическая модель на -ов, где суффикс указывает на принадлежность: «чей?» — Кеисинов, то есть сын или потомок человека по имени или прозвищу Кеисин. Основа здесь — Кеисин, которая сама по себе является сложной и неочевидной.

Ключ к пониманию лежит в финали основы. Форма Кеисин образована с помощью суффикса -ин, который в русской ономастике чаще всего присоединяется к основам на -а или -я (например, сын Ильи — Ильин). Однако здесь суффикс -ин стоит после согласной, что нетипично для исконно русского именования. Это наводит на мысль о тюркском происхождении. В тюркских языках суффикс -ин может быть притяжательным или уменьшительным, а сама основа Кейс- или Кеис- восходит к личному имени. Наиболее правдоподобная версия — связь с арабским именем Кейс (в арабской графике قيس), которое означает «мера», «сила» или «твердость». Имя Кейс было распространено у тюркских народов, входивших в состав Российской империи, особенно у башкир, татар и казахов.

Таким образом, цепочка могла выглядеть так: имя Кейс → уменьшительная или патронимическая форма Кеисин (по тюркской модели) → русификация через добавление фамильного суффикса -ов. То есть носитель фамилии — потомок человека по имени Кейс, а его предки, скорее всего, были из тюркоязычной среды, возможно, из числа служилых татар или башкир, которые переходили в русское сословие, получая фамилии по отцу.

Географически фамилия Кеисинов сегодня встречается крайне редко, в основном в восточных регионах России и в Казахстане. Это дополнительно подтверждает её восточные корни. В отличие от массовых фамилий на -ов, образованных от русских крестильных имен, Кеисинов — яркий пример того, как иноязычное имя прошло через русскую фамильную машину, сохранив при этом свою исходную структуру. Никаких иных версий, например от прозвища Кеиса (от глагола «кеить» в значении «гнуть»), не существует — это была бы искусственная этимология, не подкрепленная ни историческими записями, ни словообразовательной логикой.