Фамилия Халюзовы, как и большинство русских фамилий, произошла от личного прозвища. В её основе лежит слово «халюз», которое, скорее всего, восходит к прилагательному «халюзной», то есть «опрятный». Если придерживаться этой версии, родоначальник Халюзовых был человеком аккуратным и прилежным, и эта черта характера закрепилась за ним в качестве прозвища, которое затем перешло к потомкам.

Однако у корня есть и другие, не менее интересные трактовки. Прозвище Халюз могло быть связано с украинским словом «халус» — «лакомка», или же с «халуззя» — «хворост». Во втором случае открывается простор для догадок: возможно, прозвище относилось к «профессиональным» именованиям, и Халюзом называли человека, который собирал хворост на продажу. Либо, если отталкиваться от образа сухих тонких веток, так могли прозвать худощавого, жилистого человека.

Словообразовательная модель здесь проста и типична для восточнославянских фамилий: суффикс -ов присоединялся к прозвищу отца, образуя притяжательное прилагательное. То есть Халюзов буквально означает «сын Халюза». Такая модель была самой распространённой в России в XVI–XVII веках, когда фамилии активно формировались у крестьян и посадских людей. Именно поэтому фамилия Халюзовы не указывает на конкретное сословие — её мог носить и крестьянин, и ремесленник, и служилый человек.

Стоит отметить, что прозвище Халюз — довольно редкое. В отличие от фамилий, образованных от канонических имён или распространённых профессий, оно сохраняет в себе отпечаток индивидуальности: прозвище давали не для учёта, а для того, чтобы выделить человека среди односельчан. Поэтому в каждом конкретном случае значение могло быть своим — в одной местности Халюзом звали опрятного хозяина, в другой — любителя вкусно поесть, в третьей — сборщика хвороста.

Точное время и место возникновения фамилии Халюзовы установить без специальных генеалогических изысканий сложно. Прозвища такого типа бытовали локально и могли независимо друг от друга появиться в разных регионах. Окончательный ответ на вопрос о происхождении конкретной ветви рода дадут только архивные документы: ревизские сказки, метрические книги или писцовые записи, где фамилия могла фиксироваться в разных написаниях — Халюзов, или, например, с диалектным аканьем, Халезов.