Фамилия Харакиоз — редкий случай в русском ономастиконе, где греческое происхождение почти не вызывает споров. В основе лежит греческое слово χαράκι (хара́ки) — «колышек», «шест» или «оградный столб». Суффикс -όζης (-озис) в греческом языке образует фамилии по модели, схожей с русскими отчествами, указывая на принадлежность к роду. Таким образом, Харакиоз буквально означает «сын того, кто делает колья» или «потомок человека, связанного с кольями».

На территорию Российской империи фамилия попала с волнами греческой миграции. Основные пути — переселение греков из Крыма и Приазовья (особенно после русско-турецких войн XVIII–XIX веков), а также эмиграция из Османской империи. Встречается она почти исключительно в южных регионах: в Краснодарском крае, Ростовской области, в Крыму. Это не случайно — там сложились компактные греческие общины, где сохраняли язык и фамильные прозвания.

Словообразовательная модель фамилии необычна для русского уха: ударение падает на последний слог — Харакио́з. В русской среде её могли переделывать, но в целом фамилия осталась без русификации, в отличие от греческих фамилий на -иди или -пуло, которые часто меняли окончания. В метрических книгах XIX века встречаются варианты написания: Харакиозов (с добавлением русского суффикса -ов) и Харакиозъ (с твёрдым знаком). Но основная форма устоялась именно без дополнительных суффиксов.

С точки зрения социального происхождения, фамилия указывает на ремесленную или сельскую среду. Предок-родоначальник, скорее всего, был плотником, строителем оград, делал колья для виноградников или заборов. В греческих деревнях такое занятие было обычным, и прозвище «Харакиоз» закреплялось за семьёй, чей промысел был на виду. Никакого дворянского или купеческого следа у фамилии нет — она из числа тех, что называют «профессиональными».

Сейчас фамилия остаётся малочисленной. Её носители — в основном потомки тех самых греческих переселенцев, и найти Харакиоза за пределами юга России или Украины почти невозможно. Для исследователя эта фамилия — наглядный пример того, как греческое ремесленное прозвище, не изменив формы, прижилось в русском быту и сохранило память о занятии предка.