Фамилия Харами — редкий случай, когда происхождение почти наверняка не славянское, а тюркское или кавказское. В русском ономастиконе она не укладывается в привычные модели на -ов, -ин или -ский, и это сразу указывает на путь поиска: скорее всего, перед нами фамилия, которая пришла в русский язык из другого культурного ареала и сохранила исходное звучание без русификации.

Самая вероятная версия связывает фамилию с тюркским словом «харам» (от арабского حرام — «запретное», «греховное»). В исламской традиции этим термином обозначают всё, что запрещено религией. Прозвище Харам или Харами мог получить человек, который нарушал нормы — либо как шутливая характеристика озорника, либо как серьёзное обвинение. В османской Турции слово «харами» означало также «разбойник», «бандит», и в таком значении оно закрепилось за некоторыми родами на Балканах и в Закавказье.

Другая, менее распространённая гипотеза — связь с арабским именем Харам (в значении «священный», «неприкосновенный»), которое встречается в мусульманских семьях. В этом случае фамилия образована от личного имени отца: Харами — «сын Харама». Такая модель типична для тюркских и иранских языков (суффикс -и указывает на принадлежность). Сложность в том, что имя Харам в значении «священный» встречается реже, чем слово с противоположным смыслом, поэтому первая версия выглядит убедительнее.

Географически носители фамилии Харами сегодня рассеяны: их можно встретить на Северном Кавказе (особенно в Дагестане и Чечне), в Азербайджане, среди балканских мусульман (боснийцы, албанцы), а также в Турции. В России фамилия остаётся малочисленной и экзотической — в основном её носят потомки выходцев из кавказского региона. Форма написания может варьироваться: Харами, Харам, Гарами (с южнотюркским озвончением начального согласного).

С точки зрения словообразования фамилия проста: она не имеет славянских суффиксов и представляет собой чистую основу. Это значит, что предок носителя фамилии, скорее всего, первым получил прозвище Харами, которое затем перешло к детям без изменений. В крестьянской среде Российской империи такие фамилии обычно не фиксировались в метриках, поэтому документальные следы Харами обнаруживаются поздно — в советских паспортных учётах XX века.