Фамилия Хартикова — яркий пример того, как русская фамилия может быть образована от прозвища, связанного с внешностью или характером. В основе лежит слово «хартик» — так в некоторых южнорусских и украинских говорах называли слабого, тщедушного или болезненного человека. Слово это, в свою очередь, восходит к «харя» (лицо, рожа), но не в грубом, а скорее в описательном смысле: «хартик» — тот, у кого лицо худое, измождённое или некрасивое. В отличие от просто «Хари» или «Харьки», суффикс -ик придаёт прозвищу оттенок уменьшительности, почти ласкательности.

Фамилия Хартикова — женская форма, мужской вариант — Хартиков. Она стоит в ряду таких фамилий, как Харьков, Харин, Харламов, но отличается редким суффиксом -ик, который в русской фамильной модели встречается нечасто. Обычно фамилии на -ик/ык (Хартик, Кузьмик, Бобик) характерны для западнорусских и украинских территорий, а также для переселенцев с юга. То есть носители фамилии, скорее всего, родом из областей, где говорили на переходных говорах между русским и украинским — например, из Курской, Воронежской, Ростовской губерний или с Кубани.

Версия о происхождении от тюркского или кавказского корня маловероятна: фамилия звучит по-русски, суффикс -ов/а — стандартный патронимический, а основа легко объясняется славянской лексикой. Если бы корень был иноязычным, прозвище бы не имело такой прозрачной внутренней формы для носителей диалекта.

Таким образом, предок носительницы фамилии Хартикова получил прозвище Хартик — вероятно, за худощавое телосложение или необычные черты лица. Прозвище закрепилось за его потомками, и к XIX веку оформилось в фамилию, которую мы знаем сегодня.