Фамилия Киталенко — яркий пример украинской модели образования фамилий на -енко. Этот суффикс, буквально означающий «маленький» или «сын», в XVI–XVII веках закрепился сначала в казацкой среде, а затем стал одним из самых массовых способов фамилиеобразования на Левобережной и Слободской Украине. Киталенко — не просто «сын Китала», а человек, чей отец или предок носил прозвище Китал.

Корень «китал» — самый интересный и неоднозначный элемент фамилии. В русском и украинском языках нет общеупотребительного слова «китал». Скорее всего, это прозвище, образованное от тюркского «китал» — так в некоторых тюркских языках называли короткую саблю или кинжал. В Запорожской Сечи и среди донских казаков было немало людей с тюркскими прозвищами, связанными с оружием: Шабля, Нож, Кинжал, Китал. Прозвище Китал мог получить воин, искусно владевший этим оружием, или мастер, делавший такие клинки.

Менее вероятная, но возможная версия связывает прозвище с диалектным словом «китать» — в некоторых говорах так называли бросать, кидать. В таком случае Киталом могли назвать меткого стрелка или человека с резкими, порывистыми движениями. Однако эта гипотеза слабее, так как глагол «китать» не дал устойчивых прозвищ в ономастических источниках, а связь с оружием для казацкой среды гораздо типичнее.

Географически фамилия Киталенко тяготеет к центральным и восточным областям Украины — Полтавщине, Черкасщине, Сумщине. В России она встречается реже и почти всегда указывает на украинские корни носителя. Интересно, что фамилия не имеет вариантов с другими суффиксами (Киталов, Киталин) — это говорит о её позднем оформлении, когда модель на -енко уже вытеснила другие патронимические суффиксы в украинской среде.

Социальный портрет предка-Киталенко довольно ясен: скорее всего, это был казак или мещанин, живший в XVII–XVIII веках. Прозвище Китал не принадлежало к числу распространённых, поэтому фамилия осталась относительно редкой и не «растворилась» в массе однотипных образований. В современной Украине Киталенко — фамилия, которую носят несколько сотен человек, и почти все они могут проследить свои корни до одного из трёх-четырёх регионов, где она исторически бытовала.