Фамилия Клевлеев — редкий случай, когда прозвище, лёгшее в основу, почти наверняка связано с профессией, но не с той, что приходит на ум первой. Ключ к разгадке — не в «клеве», а в «клевере» или «клевете», хотя эти версии ошибочны.

Самая правдоподобная версия отсылает к старинному русскому слову «клевль» или диалектному «клевля» — так в некоторых говорах называли рыбака, промышляющего клёвом, то есть ловлей рыбы на удочку. Суффикс -еев указывает на типичную модель образования от прозвища на -ей: Клевлей → сын Клевлея → Клевлеев. Предок, таким образом, мог быть не просто рыбаком, а именно удильщиком, мастером своего дела, чьё занятие стало родовым именем.

Вторая, менее вероятная, но лингвистически допустимая версия связывает фамилию с глаголом «клевать» в переносном смысле — «досаждать, придираться». Прозвище Клевлей мог получить человек язвительный, «клюющий» словом. Однако эта гипотеза слабее: прозвища от глаголов в такой форме редки, а профессиональная основа для фамилии всегда первична.

Фамилия Клевлеев отсутствует в крупных исторических справочниках боярских и дворянских родов, что говорит о её крестьянском или мещанском происхождении. Она не встречается в центральных губерниях, а её очаги, по данным современных исследований, тяготеют к Поволжью и Уралу — регионам, где рыболовство было одним из основных промыслов. Встречаются варианты написания Клевлёев (с буквой ё), но они не меняют сути; ударение, скорее всего, падает на второй слог: Клевле́ев.

Сравнение с однокоренными фамилиями — Клевцов, Клевакин — подтверждает ту же модель: все они образованы от одного корня «клев-» и связаны с действием или орудием лова. Клевлеев — самая редкая из них, что делает её особенно ценной для семейной истории: она сохранила почти забытое прозвище, которое уже в XIX веке могло быть непонятно окружающим.