Фамилия Косабрюхов — из числа тех, что сразу привлекают внимание своей необычностью и даже некоторой «неприличностью» звучания. Однако за кажущейся курьёзностью стоит довольно прозрачная и логичная словообразовательная модель. Вопреки первому впечатлению, фамилия не имеет отношения к косе как инструменту и тем более к брюху в его прямом значении. В её основе лежит старинное русское прозвище или мирское имя Кособрюх, которое, в свою очередь, состоит из двух корней: «косой» (в значении «кривой», «изогнутый») и «брюхо».

Логика прозвища проста: Кособрюхом на Руси называли человека с заметной особенностью телосложения — например, с выпирающим на одну сторону животом, с кривобокой фигурой или с перекошенной осанкой. В крестьянской среде такие прозвища давали без злого умысла, по-свойски, как меткую бытовую характеристику. Позже, когда прозвище стало фамилией, к основе «Кособрюх» добавился типичный русский суффикс принадлежности -ов, образовавший притяжательную форму: Кособрюхов — «сын Кособрюха». Со временем, в процессе бытового произношения, гласная «о» в первом слоге могла редуцироваться, что и дало современное написание «Косабрюхов».

Интересно, что фамилия эта — не единичный выверт языка. В русской ономастике есть целый ряд аналогичных двукорневых фамилий с тем же вторым корнем: Кособрюхов, Кривобрюхов, Толстобрюхов. Все они образованы по одной модели и описывают внешние черты. Фамилия Косабрюхов, скорее всего, имеет южнорусское или западнорусское происхождение, поскольку в этих регионах слово «брюхо» было более употребительным в быту, чем литературное «живот». Встретить носителей этой фамилии можно преимущественно в Курской, Белгородской и Воронежской областях, а также на территории современной Украины, в её северных и центральных районах.

Сословная принадлежность предков Косабрюховых, скорее всего, была крестьянской или однодворческой. Фамилия не имеет дворянского суффикса -ский/-цкий и не содержит указания на владение землёй или вотчиной. Это типичная «прозвищная» фамилия, закреплённая за простыми людьми в эпоху массового закрепления фамилий за крестьянами в XVIII–XIX веках. Никакого тайного смысла или иноязычного корня здесь нет — перед нами яркий образец народной антропонимии, где внешность человека становилась его фамильным именем на века.