Фамилия Косожид — одна из тех редких русских фамилий, чья форма сразу бросается в глаза своей нестандартностью. В отличие от привычных «Косожиров» или «Косожинских», окончание на «-ид» выбивается из ряда типичных патронимических суффиксов. В русской фамильной системе окончание «-ид» практически не встречается в качестве исконного: оно характерно для греческих фамилий (например, Пападимитриу, Христофиди) или для некоторых западнославянских и балтийских форм, где суффикс «-ид» мог означать принадлежность к роду. Однако в случае с «Косожид» более вероятно, что перед нами не суффикс, а составная часть основы, которая со временем застыла в виде фамилии.

Основа фамилии — «Косо-», что указывает на прозвище, связанное с физическим недостатком (косоглазие, кривизна) или с неким действием (косить траву, косить глазами). Вторая часть «-жид» — самый интригующий элемент. В русском языке слово «жид» исторически имело два значения: устаревшее, нейтральное обозначение еврея (до XIX века) и позже — грубое, оскорбительное. Прозвище Косожид могло быть дано человеку, который косил (скашивал) что-то, связанное с житом (рожью), или же человеку, который «косил под жида» — то есть подражал поведению или внешности. Но более правдоподобна версия, что «жид» здесь — искажённое «жито» (зерно, хлеб). В диалектах и в бытовой речи согласные могли меняться: «жито» → «жид». Тогда Косожид — тот, кто косит жито, то есть жнец, косарь. Это объяснение логично и без натяжек: прозвище по ремеслу, а фамилия образована напрямую от него.

Географически фамилия Косожид крайне редка. Её можно встретить в единичных записях на юге России, в частности в казачьих областях (Кубань, Дон), где были распространены прозвища, отражающие быт земледельца. Встречается также вариант «Косожидов», который уже более привычен для русского уха: суффикс «-ов» превращает редкое прозвище в стандартную фамилию. Если ваш предок носил фамилию Косожид, скорее всего, он был крестьянином или казаком, чьё прозвище закрепилось за родом без изменений, минуя суффиксальную обработку — что само по себе редкость. Это не «княжеская» и не «семинарская» фамилия, а живое свидетельство народной речи, где прямое прозвище стало фамилией.