Фамилия Кырда — редкая и нестандартная для русской ономастики. Её происхождение почти наверняка не связано с исконно славянскими корнями, и это первое, что бросается в глаза. В русском языке слово «кырда» не имеет лексического значения, а в качестве прозвища или имени не фиксируется ни в древних актах, ни в словарях древнерусских имён (например, у С. Б. Веселовского или Н. М. Тупикова). Поэтому искать основу нужно за пределами великорусской территории.

Наиболее вероятная версия — тюркское происхождение. В ряде тюркских языков (татарском, башкирском, казахском) слово «кыр» означает «поле», «степь», «равнина», а суффикс «-да» указывает на местоположение («на поле», «в степи»). Таким образом, «Кырда» могло быть географическим прозвищем: человек, живущий в степи, на открытой местности. Либо это вариант личного имени: в прошлом у тюркских народов бытовали имена-пожелания, образованные от названий местности.

Морфологически фамилия стоит особняком. В русской модели фамилии обычно оформляются суффиксами (-ов, -ин, -ский), а здесь мы видим чистую основу без патронимического суффикса. Это характерно для фамилий, которые записывались в документах без адаптации к русской грамматике — например, у крещёных татар или башкир, у которых фамилии нередко закреплялись в форме исходного прозвища или имени. Встречается такая модель и в южнорусских, украинских степных регионах, где контакт с тюркским населением был плотным.

Есть и менее вероятная, но возможная версия: искажение при переписи. Фамилия могла звучать иначе (например, «Кирда», «Гырда»), а при записи со слуха в волостном правлении XIX века буква «ы» закрепилась случайно. Подтвердить или опровергнуть это можно только по архивным метрическим книгам конкретной губернии.

Географически фамилия Кырда сегодня встречается единично, в основном на юге России и в Поволжье — в Оренбургской, Самарской, Саратовской областях, а также в Татарстане и Башкортостане. Это косвенно подтверждает тюркский след: именно в этих регионах происходила христианизация и русификация тюркского населения, при которой фамилии фиксировались в непривычной для русского уха форме.

Для носителя фамилии это означает, что его предки, скорее всего, жили в степи или на границе лесостепи, и их прозвище (а затем фамилия) было связано с местом обитания. Сословная принадлежность могла быть любой — от государственных крестьян до однодворцев, но дворянских корней у фамилии, судя по отсутствию в родословных книгах, не прослеживается.