Фамилия Лебенштейн — почти стопроцентный маркер ашкеназского еврейского происхождения, причём сравнительно позднего, искусственного образования. В отличие от большинства русских фамилий, которые складывались веками из прозвищ и отчеств, фамилии такого типа целенаправленно присваивали еврейскому населению в Австрийской и Российской империях на рубеже XVIII—XIX веков. Лебенштейн составлена из двух немецких корней: Leben — «жизнь» и Stein — «камень». Буквально — «жизненный камень», «живой камень» или, в поэтическом прочтении, «камень жизни».

Смысл этой композиции неочевиден, и здесь возможны две версии. Первая: фамилия относится к группе так называемых «украшающих» или «декоративных» фамилий, которые давали по принципу благозвучия, без прямой связи с занятием или местом человека. Власти или сами канцеляристы составляли их из красивых, возвышенных немецких слов, чтобы фамилия звучала «по-европейски». Лебенштейн мог быть просто вариацией на тему «крепкий, как камень, и полный жизни» — пожелание, а не описание. Вторая версия, более конкретная: основа Leben иногда отсылает к слову Lebkuchen (пряник, коврижка), и фамилия могла возникнуть как указание на пекаря или торговца пряниками. Но это лишь гипотеза, так как прямой связи «Лебен» с кондитерским делом в документах не прослеживается.

Суффикс -штейн в немецких и еврейских фамилиях чрезвычайно продуктивен. Он образует фамилии-«камни»: Гольдштейн (золотой камень), Розенштейн (розовый камень), Зильберштейн (серебряный камень). Лебенштейн стоит в этом ряду, но его основа — не драгоценность или цветок, а абстрактное понятие «жизнь», что делает фамилию редкой даже на фоне сотен «камней». У неё есть однокоренные варианты, например, Лебенбаум («дерево жизни») — та же модель, но с заменой второго компонента.

В России фамилия Лебенштейн встречается нечасто. Основные очаги — крупные города бывшей черты оседлости: Одесса, Киев, Вильнюс, а также Москва и Санкт-Петербург, куда носители переезжали в конце XIX — начале XX века. В советское время фамилия не русифицировалась, оставаясь в исходном немецком написании, что тоже говорит о её позднем и книжном происхождении. Поиск предков по этой фамилии обычно ведёт в метрические книги синагог или в ревизские сказки местечек Волынской, Подольской или Киевской губерний — там чаще всего и обнаруживаются первые документальные фиксации.