Фамилия Лисаркина — редкий пример, где основа вызывает споры, а суффикс подсказывает географию. Разберемся по порядку.

Первое, что бросается в глаза, — суффикс -ин, а не более распространенный -ов. В русской ономастике фамилии на -ин образуются от основ, оканчивающихся на -а или -я. Значит, в основе лежало имя или прозвище Лисарка. Вопрос в том, что оно означало.

Самая прямая версия отсылает к словенскому слову lisirka — «лиса». В этом случае мирское имя Лисарка давали ребенку с верой в то, что природа примет его как своего и передаст малышу качества зверя: хитрость, ловкость, умение выживать. Такая практика — называть детей именами животных — была обычной в дохристианской славянской традиции.

Вторая версия, хоть и менее правдоподобная, связывает Лисарку с прилагательным «лысый». В некоторых говорах «лысый» произносили как «лисый», отсюда и форма. Прозвищем Лисарка могли наделить лысого человека, но не в насмешку, а с уважением. Лысина в старину ассоциировалась с жизненным опытом и мудростью. Недаром говорили: «Детинка с плешинкой везде пригодится», «Лыс конь — не увечье; плешив молодец — не бесчестье». По этой логике, Лисаркой называли бывалого, много повидавшего человека.

Какая из версий верна — сказать сложно. Но важно другое: суффикс -ин указывает на северное или северо-восточное происхождение фамилии. Такие фамилии типичны для Новгородской, Архангельской, Вологодской губерний, а также для Поволжья. Именно там модель «прозвище + -ин» вытеснила общераспространенную модель на -ов. Так что предки Лисаркиных, скорее всего, жили на Русском Севере или в Заволжье.

Итог прост: потомок человека по имени или прозвищу Лисарка со временем получил фамилию Лисаркин. А женская форма Лисаркина закрепилась за женщинами в той же семье.