Фамилия Лохвицкие — классический пример «топонимической» фамилии, то есть образованной от названия местности. Предок, получивший это прозвище, был выходцем из города Лохвица, который впервые упоминается в летописях в 1320 году. Город находился на перешейке в заболоченной пойме реки Сухая Лохвица, и само его название восходит к древнеславянскому слову «локва» — лужа, болото. Так что корень у фамилии прямо указывает на характер местности: топкое, сырое место.

Модель образования здесь простая и прозрачная: основа Лохвиц- плюс типичный для польской и западнорусской традиции суффикс -ский/-цкий. Такая форма изначально указывала на принадлежность к месту или владение им («из Лохвицы»). В XV–XVI веках земли по реке Сухой Лохвице принадлежали князьям Глинским, затем Вишневецким, а сам город в 1618 году получил крепость с земляным валом и четырьмя воротами. Один из этих ворот, Засулицкие, попал на городской герб, дарованный Лохвице в 1630-е годы и сохранившийся до наших дней.

Лохвица пережила и татарский захват в 1669 году, и пожар 1680 года, а в 1648 году стала сотенным местечком Миргородского полка. В 1781 году город сделали центром уезда Черниговского наместничества, и лишь на короткий срок (1796–1802) он был заштатным городом Малороссийской губернии. Именно в этом регионе — на Полтавщине и Черниговщине — фамилия Лохвицкие и должна была получить наибольшее распространение.

Стоит обратить внимание на окончание: форма Лохвицкие (а не Лохвицкий) — это множественное число, типичное для фамилий, которые закрепились в родовом значении «семья таких-то». В русской и украинской традиции фамилии на -ские/-цкие часто бытовали именно во множественном числе, подчеркивая принадлежность целого рода к одному корню. Так что носители фамилии Лохвицкие — потомки человека, которого когда-то прозвали «лохвицким», то есть тем, кто пришел из Лохвицы или владел там землей.

О точном времени возникновения фамилии говорить сложно: процесс закрепления топонимических прозвищ в наследственные фамилии шел несколько столетий, в основном с XV по XVII век. Но ясно, что это не случайное прозвище, а устойчивая метка, связывающая род с конкретным местом на карте древней Руси.