Фамилия Лусниковы (в форме мужского рода — Лусников) строится по самой распространённой русской модели: прозвище или мирское имя плюс суффикс принадлежности -ов. Это значит, что родоначальника звали Лусник, а его дети и внуки стали Лусниковыми — «чьи?» — «Лусниковы».

Корень прозвища — древнерусский глагол «луснути», то есть «лускать, лузгать» (например, семечки или орехи). В словаре Даля «лускать» — значит щёлкать, раскалывать скорлупу, шелушить. Но прозвище Лусник вряд ли дали за привычку грызть семечки. Скорее, оно носило переносный, бытовой смысл. «Лускателем» в народе могли назвать человека, который «протрещал» всё состояние — промотал, прогорел, остался с пустыми карманами, как пустая скорлупа. Либо, по другой версии, прозвище отражало характер: резкий, «щелкающий» человек, суровый, с которым лучше не спорить.

Встречается и более прозаичное объяснение: в некоторых говорах «луснуть» означало «ударить, хлестнуть». Тогда Лусник — задира или драчун. Но эта версия менее вероятна: прозвища от глаголов с таким значением обычно образовывались с суффиксом -ач/-яч (Лускáч, Битюк), а не -ник.

Фамилия Лусников — редкая, её нет в списках массовых дворянских или купеческих родов. Скорее всего, это крестьянская или мещанская фамилия, возникшая где-то в центральных или южных губерниях России. Ономастический словарь Б. Унбегауна не фиксирует эту фамилию как типичную для духовенства или служилых людей, что подтверждает её народное, прозвищное происхождение.

Точное место и время появления фамилии Лусников сегодня определить трудно — процесс закрепления фамилий в разных слоях населения растянулся с XV по XIX век. Но ясно одно: в основе её лежит живое народное слово, а не церковное имя, и это делает её характерным памятником русской бытовой культуры и языка.