Фамилия Люминарский — редкий случай в русском ономастиконе. Её основа не имеет ничего общего с крестьянскими прозвищами, ремёслами или народными именами. Корень «люмин-» восходит к латинскому lumen (свет, светило) — через французское luminaire или напрямую через научную лексику XIX века. Семантически фамилия означает «относящийся к свету» или «связанный с освещением». В русской среде такой корень мог появиться только в образованной, часто духовной или академической среде, где латынь и западноевропейские языки были рабочим инструментом.

Суффикс -арский указывает на польское или западнорусское происхождение модели. В фамилиях на -ский/-цкий это один из редких вариантов, характерный для шляхетских прозвищ (например, Писарский, Аптекарский). Он обозначал либо профессию (писарь, аптекарь), либо принадлежность к месту, названному по такой профессии. В случае Люминарский прямое значение — «сын люминара», то есть человека, связанного с освещением. Кем мог быть такой предок? Скорее всего, не простым фонарщиком — в России XIX века это была низовая должность. Вероятнее, речь о семинарской фамилии, «искусственной», данной будущему священнику при поступлении в училище. Семинаристам часто меняли фамилии на благозвучные латинские или греческие: Люминарский — почти буквальный перевод фамилии Светлов или Светлицкий на учёный манер.

Другая версия — происхождение от польского слова luminarz (светильник, канделябр, а в переносном смысле — светоч, знаменитость). В таком случае фамилия могла быть прозвищем уважаемого человека, «светоча» в своей общине, или же относиться к ремесленнику, делавшему церковные паникадила и люстры. Склоняемся к первому варианту: семинарские фамилии с латинскими корнями в XIX веке давали массово, и Люминарский — типичный образец этой традиции.

Географически фамилия тяготеет к западу и юго-западу Российской империи: Польша, Беларусь, Украина, а также к духовным центрам — Киев, Чернигов, Москва. Встречаемость крайне низкая, что подтверждает её «кабинетное» происхождение: это не народная фамилия, а скорее индивидуальный акт имянаречения, возможно, в одной семинарии или даже одной семье. В современной России носителей немного, и все они, скорее всего, потомки тех самых выпускников духовных училищ, получивших фамилию как знак причастности к «свету знания».