Фамилия Максуновы — одна из тех, что вызывает споры среди этимологов. Основная версия связывает её с прозвищем Максун, которое дали по названию рыбы максун — сибирского вида, внешне напоминающего осетра. В этом случае Максуном могли прозвать рыболова, промышлявшего ловлей максуна, или торговца рыбой. Такое прозвище хорошо вписывается в традицию называть человека по роду занятий или по объекту его промысла.

Вторая версия, менее убедительная, выводит основу фамилии из имени Максун — просторечной формы крестильного имени Максим (от греческого «величайший»). Сторонники этой гипотезы ссылаются на святого покровителя имени — преподобного Максима-Кавсокаливита, жившего на Афоне в XIII веке. Однако против этой версии говорит редкость формы «Максун» для имени Максим: в русской традиции гораздо чаще встречаются уменьшительные Максимка, Макся, Макша.

Фамилия образована по стандартной русской модели: к основе Максун добавили патронимический суффикс -ов, указывающий на принадлежность («чей?» — сын Максуна). Со временем фамилия закрепилась за потомками и перестала зависеть от прямого родства.

Фамилия известна в Сибири. В Книге памяти Омской области есть запись о крестьянине Максунове Николае Ильиче, родившемся в 1884 году в Тарском уезде Омской губернии. Это подтверждает, что фамилия бытовала в среде сибирских старожилов, где промысел максуна был обычным делом.

Из известных носителей — Георгий Петрович Максунов (игумен Пантелеимон), епископ Хабаровский, викарий Благовещенской епархии. Он был духовником Шмаковского Свято-Троицкого Николаевского монастыря и учеником настоятеля обители архимандрита Сергия (Озерова). Эта фигура показывает, что фамилия не была привязана только к крестьянскому сословию.

Точное место и время возникновения фамилии Максуновы установить сложно: процесс формирования фамилий шёл долго и не всегда привязан к одной местности. Окончательные выводы требуют серьёзных генеалогических изысканий. Но уже сейчас ясно, что фамилия несёт отпечаток сибирского быта и профессиональных прозвищ, а её основа — максун — даёт редкую возможность увидеть, как названия местной рыбы становились родовыми именами.