Фамилия Максунов — один из тех случаев, когда прозвище предка напрямую связано с его занятием. В основе лежит название рыбы максун (или муксун), которая по внешнему виду напоминала осетра и водилась в сибирских реках. Так что первым Максуном, скорее всего, называли рыболова или торговца рыбой. Версия о том, что прозвище произошло от имени Максим («величайший»), менее правдоподобна: слишком далека форма «Максун» от исходного крестильного имени, хотя в просторечии такое сокращение теоретически возможно.

Суффикс -ов указывает на типичную восточнославянскую модель образования: «чей?» — «Максунов», то есть сын или потомок Максуна. Фамилия недвусмысленно закрепилась в Сибири, что подтверждается документально. В Книге памяти Омской области упомянут крестьянин Максунов Николай Ильич, родившийся в 1884 году в Тарском уезде Омской губернии. Это прямое указание на географию бытования: не южные губернии, не центральная Россия, а именно сибирский регион, где муксун был промысловой рыбой.

Среди носителей фамилии есть и известная фигура — Георгий Петрович Максунов, в монашестве игумен Пантелеимон, епископ Хабаровский, викарий Благовещенской епархии. Он был духовником Шмаковского Свято-Троицкого Николаевского монастыря и одним из ближайших учеников архимандрита Сергия (Озерова). Таким образом, фамилия, начавшись с рыболовецкого прозвища в сибирской глубинке, в XX веке вышла на церковное служение высокого уровня — необычный социальный маршрут для одной фамильной линии.

Если сравнивать с однокоренными фамилиями, то «Максунов» стоит особняком. Есть фамилии Муксун, Муксункин, но они встречаются реже. Вариант с «а» вместо «у» (Максун вместо Муксун) мог возникнуть из-за местного говора или просто как упрощение в письменной фиксации. В любом случае, корень здесь не именной, а промысловый, и это главное, что стоит запомнить.