Фамилия Манскова, при взгляде на её форму, сразу выдаёт модель образования: суффикс -ов- указывает на принадлежность («чей?»), а значит, в основе лежит прозвище или именование Манской. Так в русской традиции называли человека по месту жительства — того, кто родом с реки Маны или с Манского берега. Дальше в дело вступает география и гидронимика.

Река Мана — реальный и значимый объект. Это правый приток Енисея, берущий начало в Верхманском озере на стыке Манского, Кутурчинского и Канского белогорья. Места глухие, таёжные, и река там издавна славилась рыбой — стерлядью, окунем, щукой, налимом, пескарём. Жить на Мане означало кормиться с неё, и прозвище «Манский» мог получить как рыбак, так и переселенец, осевший на этих берегах.

Сам гидроним Мана — загадка. Одна из версий связывает его с именем башкирского божества Мана, олицетворявшего мужское начало. Впрочем, башкирский след в сибирской топонимике неочевиден: скорее всего, корень древнее и относится к неизвестному нам субстрату — языкам народов, живших в Саянах до прихода русских. Но для фамилии важнее другое: в XVII–XVIII веках на Ману шли служилые люди, крестьяне и промысловики, и именно в этой среде и закрепилось именование «Манской» — человек с Маны.

Фамилия Мансков (а Манскова — женская форма) образовалась стандартным путём: от притяжательного прилагательного «Мансков», то есть «сын Манского». В документах встречаются варианты с ударением на первый или второй слог — это зависело от местного говора. Сейчас фамилия редкая, и её география по-прежнему тяготеет к Сибири и, возможно, к югу Красноярского края — там, где Мана впадает в Енисей.