Фамилия Мельнков — один из тех случаев, когда написание говорит о произношении больше, чем о происхождении. Корень здесь очевиден: «мельн(ик)» — то есть мельник, человек, работающий на мельнице. Но почему не Мельников, а Мельнков? Всё дело в беглой гласной. В русских говорах фамилии от слов с суффиксом -ник часто «стягивались»: Мельник + -ов превращалось в Мельнков, а не в Мельников. Это не ошибка, а живая фонетика. Такое написание — верный признак, что фамилия закрепилась в устной речи раньше, чем попала в документы, и писарь записал её так, как слышал.

В основе, без сомнения, лежит прозвище или профессия Мельник. Мельница в деревне была центром хозяйственной жизни, и мельник — фигура заметная, часто зажиточная. Он не просто молол зерно, но и был посредником между крестьянами и помещиком, иногда — знахарем или колдуном в народном сознании. Поэтому фамилия Мельников и её варианты — одни из самых распространённых «профессиональных» фамилий в России. Мельнков — её более редкая, «обкатанная» в говоре форма.

Географически фамилия тяготеет к северным и центральным областям России, где аканье и редукция гласных были сильнее. В документах XVII–XVIII веков можно встретить и Мельникова, и Мельнкова у одних и тех же лиц — это говорит о неустойчивости написания. В современном мире Мельнков — нечастая фамилия, что делает её своеобразным маркером: если вы её носите, ваши предки, скорее всего, жили в местности, где «мельник» произносили быстро, «проглатывая» гласную.

Словообразовательная модель проста: суффикс -ов указывает на принадлежность («сын Мельника»). Никаких редких суффиксов вроде -их или -ский здесь нет. Интереснее другое: Мельнков — пример того, как фамилия может сохранить диалектное произношение XV–XVI веков, когда суффикс -ник в безударной позиции терял гласный. Это не вариант Мельникова, а его самостоятельная ветвь, зафиксированная в письменных источниках раньше, чем орфография стала единообразной.