Фамилия Метузин образована от прозвища Метуза, а оно, в свою очередь, восходит к нарицательному слову «метуза» — так в архангельских говорах называли мелкую, мятую ржаную солому. Связь человека и соломы могла быть двоякой. С одной стороны, прозвище могли дать тому, кто спал на такой соломе — например, бедняку, у которого не было иной подстилки. С другой стороны, оно могло указывать на занятие предка: молотьбу, веяние или заготовку корма для скота, когда в руках у человека постоянно оказывалась именно мятая, непригодная для кровли солома.

Сама модель фамилии проста и прозрачна: суффикс -ин указывает на принадлежность потомку человека по прозвищу. Метузин буквально означает «сын Метузы», «тот, кто из рода Метузы». Такая схема типична для северорусских фамилий, где притяжательные притяжательные формы на -ин часто вытесняли более южные варианты на -ов.

Региональная привязка здесь — не случайная деталь. Слово «метуза» зафиксировано именно в архангельских говорах, что делает версию о северном происхождении основателя рода наиболее убедительной. Если предок носителя фамилии действительно происходил с Русского Севера, то его прозвище могло закрепиться за ним ещё в XVI–XVII веках, когда на Севере активно формировались фамилии по отцовскому прозвищу, а сам регион был зоной относительно раннего и массового закрепощения фамильных имён.

Впрочем, не стоит исключать и более простую возможность: прозвище Метуза могло быть дано человеку иронично, по внешнему сходству — например, за ломкие, сухие волосы, напоминавшие мякину. В таком случае фамилия сохранила бы память не о занятии, а о внешности предка. Но поскольку слово «метуза» не встречается в других говорах, версия о северном происхождении остаётся основной.

В современном русском языке слово «метуза» ушло из активного употребления, поэтому фамилия Метузин — редкий случай, когда бытовое, почти забытое слово сохранилось в фамильном имени. По сути, это осколок северного диалекта, закреплённый в родовой памяти.