Фамилия Миловидов — это классический случай, когда прозвище предка превратилось в родовое имя. Её основа — прилагательное «миловидный», то есть человек с приятной, располагающей внешностью. Корень здесь общеславянский, «мил-», тот же, что в словах «милый», «миловать». Такого человека могли прозвать за открытое лицо, добрую улыбку или стать, которая сразу вызывала симпатию.

Но у этого корня есть и менее очевидный пласт значений. В северных и сибирских говорах слова с корнем «мил-» нередко использовали с иронией или по принципу противоположности. Прозвище Милюта, например, могли дать человеку маленького роста или даже слепому. Так что нельзя исключать, что Миловидным в каком-то селе называли не красавца, а наоборот — человека с заметным физическим изъяном. Такая «защитная» логика прозвищ в народной среде встречалась сплошь и рядом.

Словообразовательная модель здесь простая и самая распространённая для русских фамилий: суффикс -ов присоединяли к основе, чтобы указать на принадлежность роду. Миловидов — это буквально «сын Миловидного», «из семьи того, кого звали Миловидный». Такой способ закрепления прозвищ стал массовым в XV–XVII веках, когда крестьянские и посадские семьи обзаводились постоянными родовыми именами.

Точную географию возникновения фамилии указать сложно: прозвище Миловидный встречалось в разных регионах, и фамилия могла возникнуть независимо в нескольких местах. Следы её ведут в среднерусские и поволжские земли, но это скорее предположение, чем установленный факт. Письменные источники по таким «говорящим» прозвищам отрывочны.

Любопытно, что фамилия не ушла в архив: она сохранилась и в наши дни, хотя и не принадлежит к числу частотных. Носители её встречаются по всей России, что говорит о широком, но не плотном расселении предков.

Если коротко отвечать на главный вопрос — что означала фамилия: скорее всего, родоначальник выделялся приятной наружностью, но с поправкой на диалектные значения корня нельзя полностью сбрасывать со счетов и обратный смысл прозвища. В любом случае, перед нами живой пример того, как народная наблюдательность и язык закрепили человеческую черту в фамильном имени.