Фамилия Мишталь — редкий пример того, как еврейское имя, пройдя через бытовое произношение, превратилось в самостоятельную фамилию. В её основе лежит мужское имя Михаэль, которое в переводе с иврита означает «тот, кто подобен Богу». В еврейской традиции Михаэль — один из четырёх архангелов, ангел-хранитель еврейского народа. Считается, что именно ему приходится вступать в борьбу с патронами других наций, и главный его противник — Самаэль, враг евреев.

Вражда между двумя бесплотными духами, по преданию, началась с того дня, когда Самаэль был низвергнут с небес. Падший ангел ухватился за крылья Михаэля, желая увлечь его за собой в преисподнюю, но Всевышний спас архангела. Эта история хорошо объясняет, почему имя Михаэль воспринималось как имя-оберег: человек, носивший его, словно находился под защитой небесного заступника.

Словообразовательная модель здесь простая и прозрачная: от имени Михаэль отсекли начало, оставив сокращённую форму Мишталь. Такое усечение — характерная черта фамилий, которые складывались в устной речи, без участия писцов и канцелярий. Подобные сокращения часто встречаются в среде ашкеназских евреев, где имя в быту редуцировалось, а затем закреплялось в документах как фамилия.

В отличие от фамилий на -ов, -ин или -ский, которые сразу указывают на отчество или место, Мишталь не имеет суффикса, и это тоже говорит о её происхождении. Фамилия зафиксировала не род занятий и не прозвище, а личное имя предка, причём в той форме, в какой его произносили дома. Поэтому носитель фамилии Мишталь может быть уверен: его предок носил имя Михаэль, и в этом имени была заложена идея богоподобия и небесной защиты.

О точной географии фамилии и её сословной принадлежности сказать сложно — такие редкие фамилии редко попадали в переписи и метрические книги с единообразным написанием. Вариативность тоже вероятна: в разных документах одна и та же семья могла записываться как Мишталь, Миштал или Миштель. Но смысл от этого не меняется: за фамилией стоит древнее имя с богатой мифологией, и это делает её не просто набором звуков, а отсылкой к целому пласту еврейской традиции.