Фамилия Модлинские — самобытный памятник еврейской культуры, и её разбор стоит начать с имени, которое легло в основу рода. Фамилия образована от имени Модле — ласкательной, производной формы имени Мордехай. Само имя Мордехай восходит к имени вавилонского бога Мардука, а в еврейской традиции его осмыслили как «воин, борец». Именно так звали одного из главных героев книги Эстер, что сделало имя чрезвычайно популярным у ашкеназских евреев.

Обратите внимание на суффикс: форма Модле — это не полное имя, а домашнее, обиходное прозвище. Такие сокращения нередко становились самостоятельными именами, а затем и фамилиями. От основы Модле- русский суффикс -ск-ий образовал фамилию по модели, типичной для польской и русской шляхты. Это любопытный культурный гибрид: еврейское имя получило славянское оформление, что часто случалось на землях бывшей Речи Посполитой, где евреи контактировали с польским дворянством и мещанством. Впрочем, не исключено и чисто географическое прочтение: фамилия могла указывать на выходца из польского города Модлин, известного своей крепостью у слияния Нарева и Вислы. Тогда основой стала бы не имя, а топоним, но версия с именем Мордехай выглядит правдоподобнее: она объясняет и конечное -ский, и связь с еврейской традицией имянаречения.

Ашкеназские фамилии чаще оформляли формантами -сон/-зон («сын»), -ман («человек»), -кинд («ребенок»), -бейн («кость»), -штам («ствол»), а также -ер и -с. Евреи Израиля нередко носили фамилии с суффиксами принадлежности -ис/-ес, -и, приставкой бен- («сын») и артиклем рода Га-. На этом фоне Модлинские выделяются: они взяли не патронимический суффикс, а притяжательный славянский, что говорит о долгой жизни рода в восточноевропейской среде, где русский и польский языки были языками повседневного общения.

Процесс формирования каждой конкретной фамилии мог быть долгим и не всегда привязан к одной местности, поэтому точно сказать, где и когда Модлинские получили свою фамилию, можно лишь после серьезных генеаленических изысканий. Но уже сейчас ясно: за фамилией стоит имя, прославляющее мужество, — и это делает её не просто биркой для архива, а семейным знаком памяти.