Фамилия Мойшман — редкий для России пример, где немецкая модель фамилии на -ман («человек») наложилась на еврейское личное имя. Основа здесь — Мойш, обиходная форма имени Моисей (Мойше в идише). Второй компонент, -ман, в немецких и еврейских фамилиях часто указывал на служебное положение («человек такого-то») или просто присоединялся к имени, превращая его в фамилию. Таким образом, Мойшман — «человек Моисея» или, что вероятнее, «Мойша (сын/слуга)».

Появиться такая фамилия могла на землях, где еврейское население было обязано брать фамилии по указу — например, в Австрийской империи (конец XVIII века) или в Российской империи (начало XIX века). Немецкоязычные чиновники нередко записывали фамилии по готовым моделям, и сочетание имени с суффиксом -ман было одним из самых распространённых. Вариант Мойшман, а не, скажем, Мойшесман, говорит о том, что в основе лежала именно разговорная, бытовая форма имени.

В отличие от фамилий на -ов/-ин, которые в русской среде указывали на принадлежность к отцу (Иванов — сын Ивана), Мойшман сохраняет иноязычную конструкцию, где -ман не столько «сын», сколько «человек» в широком смысле. Такие фамилии встречаются у ашкеназских евреев, и их география — от Волыни до Прибалтики, где немецкое влияние на административный язык было особенно сильным.

Сословная принадлежность первых носителей, скорее всего, была мещанской или купеческой — среди еврейского населения крестьян было мало. Фамилия не несёт указания на ремесло или характер, а просто фиксирует имя предка. В современной России она редка и, вероятно, принадлежит потомкам тех, кто сохранил написание через «ш», а не перешёл на более русифицированный вариант вроде Мойсмана.