Фамилия Мухометинов — редкий случай, когда основа почти наверняка связана с грибом, но не напрямую с прозвищем любителя тихой охоты. Разберёмся, как такое могло получиться.

Словообразовательная модель здесь необычна. Суффикс -ин- указывает на принадлежность («чей?»), а затем наращивается типичный русский фамильный суффикс -ов. То есть исходная форма — Мухометин, от прозвища или имени Мухомета. А уже от неё по аналогии с массой фамилий на -ов (Иванов, Петров) образовали Мухометинов. Такое «удвоение» суффикса встречается, когда первоначальная фамилия на -ин казалась носителям недостаточно «фамильной» или когда её переоформили в официальных документах.

Корень «мухомет» — сложное слово. Первая часть очевидна: «муха». Вторая — глагол «метать» (бросать, кидать). В русских говорах «мухомёт» — это не только гриб, но и название для навозной кучи, где плодятся мухи, или для приспособления, которым мух сметают. Прозвище Мухомета могли дать либо человеку, который работал с навозом (скажем, конюху или скотнику), либо тому, кто постоянно отмахивался от мух, либо — в переносном смысле — суетливому, надоедливому человеку.

Версия, что предок торговал мухоморами или собирал их, маловероятна: для прозвища использовали бы «Мухомор», а не «Мухомёт». Грибное название в основе фамилии — скорее бытовое, ироничное, а не профессиональное.

Географически фамилия тяготеет к Поволжью и Уралу, встречается у татар и башкир, а также у русских в этих регионах. В татарской среде возможна иная версия: «Мухамет» (вариант имени Мухаммед) плюс русский суффикс -ин. Тогда Мухаметин → Мухаметинов, а «о» в первом слоге — результат аканья или ошибки писаря. Но это объяснение менее вероятно, так как имя Мухамет дало бы фамилию Мухаметов, а не Мухаметинов.

Таким образом, наиболее правдоподобно, что Мухометиновы — потомки человека с прозвищем Мухомета, которое в крестьянском быту означало либо работника при навозе, либо просто неряшливого или суетливого человека. Фамилия сохранила редкую словообразовательную цепочку, и её носители могут с уверенностью говорить: «Мы не от гриба, а от дела».